Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

Share on FacebookTweet about this on Twitter

Эмоциональное выгорание и неудовлетворенность работой в Украине подтолкнули 33-летнюю Екатерину Кохановскую оставить престижную должность в ресторанном бизнесе и полностью изменить свою жизнь, перебравшись в Юго-Восточную Азию (ЮВА).

В интервью для The Point Катя рассказала о принципах «легкой жизни» по-вьетнамски, возможностях трудоустройства во Вьетнаме, как коуч может помочь выбрать новый профессиональный путь, а также о том, как сотрудникам уберечь себя от «сгорания» на работе.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

О причинах дауншифтинга и отъезде в Юго-Восточную Азию

– Катя, как складывалась ваша карьера до отъезда и почему вы решили уехать на другой конец света?

– По специальности я – менеджер жилищно-коммунального хозяйства. Окончила Академию жилищно-коммунального хозяйства в Киеве и уже с 18 лет начала работать в сфере ресторанного бизнеса. Начинала с позиции официантки, а затем моя карьера пошла вверх.

В общем, это было именно то, к чему я стремилась. В 23 года – стать директором ресторана, затем получила должность менеджера в крупной компании, занимающейся организацией масштабных мероприятий в премиум-сегменте. Возглавила целый департамент с 45 людьми в подчинении. Это же так статусно и престижно!

Но «обратная сторона» статуса и престижа – высокий уровень напряжения. Сфера организации ивентов – вообще очень стрессовая, а в премиум сегменте и подавно. Ведь это очень дорогие мероприятия: 200-3000 гостей, 5-6 фур оборудования, а в обслуживание вовлечены порядка 250 человек. На кону – миллионы гривен.

Я все чаще стала осознавать, что в моей жизни, кроме работы, больше ничего и нет: ни отношений, ни хобби, никаких других интересов.

– Что входило в ваши непосредственные обязанности?

– Я планировала мероприятия, создавала тайминги (сценарии) их подготовки и проведения, делала подсчет и заказывала необходимое оборудование, искала подрядчиков для аренды или поставщиков для закупки оборудования, посуды и текстиля, работала с ними. Если нужно было – просчитывала необходимое количество персонала, занималась вызовом на мероприятие. В общем, на мне был контроль всех этапов подготовки и проведения мероприятия. Помимо этого, занималась обучением и аттестацией для персонала.

Когда-то все это я делала сама. Затем компания выросла, а с ней вырос и штат. Тогда в сферу моей ответственности уже вошли вопросы развития отделов, которые были в моем подчинении – организация мероприятий, работы с временным персоналом, склады, логистика, декор.

Малейшие сбои в логистике, человеческий фактор или какой-нибудь форс-мажор – риск, что что-то пойдет не так и мероприятие будет испорчено, есть всегда. Это очень давит, и людям, неустойчивым к стрессу, в этом бизнесе делать нечего. Но может наступить момент, когда и стрессоустойчивые – сдаются. Например, как я.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

– А что это был за момент у вас?

– Несколько лет назад я работала волонтером с ребятами, вернувшимися из АТО. Решила заодно с ними пройти психологический тест, который предлагают людям, вернувшимся из горячих точек, чтобы определить уровень стресса. Оказалось, что мой уровень стресса составлял 8 баллов из 10 – почти как у ребят из АТО. Тогда я очень сильно задумалась. Этот случай запустил своеобразную цепную реакцию в голове, которая стала отправной точкой в моем профессиональном выгорании.

Меня совершенно перестала волновать статусность моей работы. Я все чаще стала осознавать, что в моей жизни, кроме работы, больше ничего и нет: ни отношений, ни хобби, никаких других интересов.

К тому же, как выяснилось, работа в этой сфере – по 12 часов в сутки и почти без выходных – нигде в Украине не вознаграждается адекватно. Зарплата в сфере организации мероприятий и ресторанного бизнеса редко достигает даже $1000. Но дело даже не в этом. Наступил момент, когда я отчетливо поняла, что работать в ресторанном бизнесе и быть менеджером я категорически не хочу. Просто физически не могу.

Я собрала все деньги, которые у меня на тот момент были, купила билет и отправилась в путешествие по ЮВА. Рассчитывала взять тайм-аут на пять месяцев и обдумать свои дальнейшие шаги. Но я также знала, что не хочу возвращаться.

– И вы решили уехать в Азию?

– Я тогда не знала, что буду делать. Никаких других навыков, кроме управленческих в специфической ресторанной отрасли, у меня не было. Но были друзья – семья фотографов, которые на то время много путешествовали, в том числе и по Юго-Восточной Азии. Сама я несколько лет назад побывала в Таиланде как турист и еще долго находилась под очень приятным впечатлением от этой страны, куда мне хотелось вернуться.

Тогда я собрала все деньги, которые у меня на тот момент были – около $2000, купила билет и отправилась в путешествие по ЮВА. Рассчитывала взять тайм-аут на пять месяцев и обдумать свои дальнейшие шаги. Но я также знала, что не хочу возвращаться.

Уезжала «в никуда», было очень страшно. Но я надеялась, что все сложится само собой. Однако чуда не произошло.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

Об экспатах во Вьетнаме, зарплатах и попустительстве местных властей

– Чем вы были заняты пять месяцев? И можно ли прожить на $400 в месяц?

– Да, вполне возможно, даже снимая жилье и путешествуя. Но придется скромно питаться, самостоятельно готовить и не слишком увлекаться алкоголем и вечеринками. Я так и жила все пять месяцев. Начала путешествие с Вьетнама, потом были Таиланд и Камбоджа, а затем, когда деньги были уже почти на исходе, снова вернулась во Вьетнам.

В кармане оставалось $50, и меня охватила паника. В поисках какой-нибудь работы я отправилась в известный туристический город на берегу моря – Нячанг, и не прогадала. Через 4 часа, как я сошла с автобуса, уже получила первую работу.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

– Работу в какой сфере так легко найти во Вьетнаме?

– Я пошла по пути наименьшего сопротивления и устроилась менеджером в ресторан. Это довольно популярная должность, на которую могут взять даже без опыта, но с достаточным запасом уверенности в себе.

Найти работу достаточно легко. Самые распространенные предложения – промоутер, раздающий листовки, продавец в магазин дешевой одежды, официант. Это работы с невысокой оплатой – около $400 долларов в месяц.

Если хочется побольше денег, то варианты такие – продавец в магазин хорошего алкоголя, чая и кофе, магазин брендовых вещей или ювелирный, повар, гид или консультант в туристический компании. Такую работу найти уже сложнее – нужно идти и предлагать себя, презентовать, убеждать.

Но мне удалось быстро найти работу с приемлемой зарплатой в $600 – это более чем достаточно для вполне комфортной жизни на вьетнамском побережье. Чтобы зарабатывать больше, можно отправиться в мегаполисы. Но они далеко от моря, а меня это не устраивает.

Для сравнения: вьетнамцам за такую же работу платят только $150.

Во Вьетнаме царит атмосфера, которую можно сравнить с Украиной конца 1990-х: сильное влияние личных и родственных связей, попустительство, в какой-то мере даже вседозволенность и коррупция.

– Как относятся сами вьетнамцы и вьетнамские власти к тому, что иностранцы отбирают у них рабочие места и, к тому же, им платят в три раза больше?

– Во Вьетнаме 90% приезжих работает нелегально. Только часть работодателей оформляют своих сотрудников и делают им рабочую визу. Остальные находятся в стране на правах туриста.

В каждом заведении есть хотя бы один европеец. Ни для кого не секрет, сколько он получает и на каких основаниях пребывает во Вьетнаме. Почему местные власти игнорируют эту ситуацию, для меня загадка.

В Таиланде условия гораздо жестче: тайские власти заботятся о том, чтобы экспаты не отнимали у местных рабочие места. Поэтому иностранцам можно находиться в стране не более 2-х месяцев, в противном случае их ждут высокие штрафы. Так, за два месяца проживания в Стране тысячи улыбок, как называют Таиланд, мне дважды приходилось общаться с миграционной полицией. Каждый раз она тщательно выясняла, что я тут делаю и на что живу.

Во Вьетнаме все по-другому. Здесь царит атмосфера, которую можно сравнить с Украиной конца 1990-х: сильное влияние личных и родственных связей, попустительство, в какой-то мере даже вседозволенность и коррупция.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

О прямолинейности и сострадательности вьетнамцев

– Что вам нравится и не нравится во вьетнамцах? Легко ли сотрудничать с ними?

– Вьетнамцы не скрывают своих истинных чувств и, к примеру, могут отказаться обслуживать вас как покупателя, если им что-то не понравилось. Конечно, если это владелец заведения. И это при том, что настроение ему испортили не вы, а предыдущий покупатель.

У вьетнамцев почти полностью отсутствует понятие личных границ. Они будут заходить к вам в дом без стука, по-соседски присаживаться на край вашего сиденья в транспорте, спрашивать в лоб: «Сколько тебе лет? Где твой муж? А дети? И что, не страшно одной? Да нет же, тебе 100% страшно и одиноко!».

Если вьетнамец видит, что человек в беде, расстроен или нуждается в помощи, он почти никогда не откажет в помощи и сделает все, что от него зависит.

Вьетнамцы общительные, но вовсе не приветливые с чужими людьми, при всем кажущемся добродушии и простоте. Но если вам удалось заслужить их доверие, то более надежного друга не найти.

Тут раскрывается другая сторона вьетнамцев: они очень жалостливые и сочувствующие. Как только они решают, что мне страшно или грустно, то кормят меня фруктами, заходят в гости, предлагают помощь в решении бытовых вопросов и помогают, когда действительно что-то нужно. Если вьетнамец видит, что человек в беде, расстроен или нуждается в помощи, он почти никогда не откажет в помощи и сделает все, что от него зависит.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

Об азиатской «легкой жизни» и контрасте с Украиной

– А кто чаще всего приезжает во Вьетнам навсегда или на длительный срок?

– Едут много пожилых семейных людей, чтобы жить в тепле. Многие сдают квартиры на родине или живут здесь на свою европейскую пенсию.

Много украинцев открывают здесь бизнес: кафе, рестораны, швейные мастерские и магазины. Работают в индустрии туризма, преимущественно гидами, или промышляют на субаренде жилья для туристов. Но очень много здесь и авантюрной молодежи 25-30 лет – прожигатели жизни, которым по вкусу easy life (легкая жизнь. – ред.).

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

– В чем заключается эта «легкая жизнь»?

– Если одним предложением – больше удовольствия и меньше «трудовых подвигов».

Жить медленнее, чем на родине. Больше спать, больше общаться, больше музыки и вечеринок, больше времени для себя, больше заботы о себе и своем удовольствии. И тут дело вкуса: кто-то ходит на массаж через день, кто-то гуляет вдоль моря и т.д.

Заниматься только тем делом, которое приносит удовольствие и позволяет достаточно отдыхать, но достаточные деньги для существования.

Не брать на себя лишнюю ответственность и обязательства. В хорошем смысле, не перегружаться тем, что мы любим называть «надо» и «должен».

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

– А вам тоже это нравится?

– Да, нравится. Но пока мне не удается прочувствовать «легкую жизнь» в полной мере. Дело в том, что, проработав всего пять недель в Нячанге, я вынуждена была вернуться на родину по семейным обстоятельствам. Залезла в большие долги, чтобы уехать и вернуться назад, и отдаю их до сих пор.

«Спасибо», «пожалуйста» и «извините» – на каждом шагу, больше улыбок, шуток и интереса друг к другу. Для многих приезжих это все странно и чуждо, а мне кажется, что я всю жизнь ждала, чтобы оказаться именно здесь.

– Какие ощущения были по возвращении в Украину?

– Трудно передать, насколько тяжелым и депрессивным мне показалось все, что я увидела в Украине после полугода в Азии.

Конечно, это мое субъективное восприятие, но меня очень угнетали напряженные лица, закрытость людей, большая скорость жизни, вечная занятость и усталость, сильная зацикленность на материальных вопросах. Также непреходящее ощущение, что нужно все время «соответствовать» ценностям того микросоциума, где ты оказался в данный момент.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

– Всего этого в Азии нет?

– Контраст с ЮВА очень ощутимый: там все намного мягче и легче. Например, опоздал – ну и ладно. Устал, но нужно на работу – выходишь и не скрываешь, что не в форме, можно еще и прикорнуть после обеда. Расстроен – так и говоришь, и тебя тут же жалеют и поддерживают. Хочешь есть – это очень важно, нужно поесть прямо сейчас. Нужна помощь – иди и попроси, скорее всего, тебе не откажут. «Спасибо», «пожалуйста» и «извините» – на каждом шагу, больше улыбок, шуток и интереса друг к другу. Для многих приезжих это все странно и чуждо, а мне кажется, что я всю жизнь ждала, чтобы оказаться именно здесь.

Поэтому я знала точно, что хочу вернуться и жить в Азии. Но вот только как обеспечить необходимый заработок, чем дальше заниматься в жизни, я не знала. И тогда я приняла очень важное для себя решение: я пошла к коучу, который помогает определиться в дальнейшем профессиональном пути.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

О карьерном коучинге и стратегиях смены профессии

– Чем вам помог коуч?

– Вместе с коучем мы определили, по каким критериям искать дальнейший путь. Мои критерии были такими: доход порядка $1000, работа не в офисе, возможность путешествовать, и еще я хотела, чтобы моя профессия с возрастом росла в цене.

В итоге мы сформулировали несколько вариантов: быть психологом (у меня второе образование – психология), разработчиком ПО или аналитиком, фотографом, блогером-путешественником, персональным гидом по странам ЮВА или же продать все на родине и открыть бар во Вьетнаме.

– Что вы выбрали?

– Быть фотографом. Пошла учиться в школу фотографии, купила более-менее приличную камеру.

Очень скоро и неожиданно для меня появились первые заказы на репортажную съемку. В дальнейшем я планировала зарабатывать во Вьетнаме на съемке свадеб и на экспресс-съемке для туристов на пляже, возможно, работать в гостинице.

Также я узнала о том, что можно неплохо зарабатывать на стоковых фотографиях. Но это чуть сложнее: нужно знать, что снимать, следить за трендами, уметь правильно обрабатывать фото и грамотно подготавливать их именно для фотостоков, фотографировать много, загружать на стоки, имея определенную стратегию (у каждого такого фотографа она своя), иметь время и терпение. Фотостоки приносят доход медленно, верно, но по капле. Пока этого заработка для меня очень мало – даже в ноль не вышла.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

О работе удаленного SMM-менеджера и личном продвижении

– Чем же вы зарабатывали себе на жизнь?

– В это же время мои киевские друзья попросили меня вести их страницу в соцсетях. Я стала писать тексты, изучив SMM на специализированных курсах в Украине, где провела три месяца, а затем вернулась во Вьетнам.

Многие, кто заканчивают такие школы, ждут, что сейчас на них посыпятся заказы. Не стоит на это рассчитывать. Так, мне пришлось вспомнить свой опыт поиска работы во Вьетнаме и снова начать активно предлагать свои услуги: сначала знакомым, а потом просто на специализированных форумах и в группах в соцсетях.

Но даже при достаточном количестве клиентов, SMM-щику не стоит расслабляться: в любой день заказчик может перераспределить свой бюджет на продвижение и отказаться от его услуг либо найти другого за меньшую цену.

Если вы достаточно смелый, сообразительный и коммуникабельный, цены могут быть в два раза ниже. То есть искать жилье лучше не через риелторов или по объявлениям, а ходить по азиатским закоулкам и спрашивать, не сдают ли комнату или дом.

– Что должен делать SMM-менеджер на фрилансе, чтобы иметь постоянный поток клиентов?

– Нужно все время оставаться на виду в профессиональном сообществе, иметь стратегию своего личного продвижения. В идеале – стать брендом. Инструменты все те же, что и для продвижения компаний-клиентов: регулярный и качественный лично-профессиональный контент, участие в дискуссиях, публикации в онлайн-изданиях, иногда провокации, иногда безвозмездная помощь в рамках PR. Я, например, выработала свой личный контент-план и показатели эффективности, по которым сверяю, насколько я «в рынке». И это дает свои неплохие результаты.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

Об условиях жизни на вьетнамском побережье

– Какие у вас жилищные условия? Как обустроен быт?

– Во Вьетнаме есть возможности найти жилье и обустроить быт на разный вкус и кошелек.

Например, «вечные странники», то есть люди, меняющие место жительства каждые 2-3 месяца, обычно селятся в хостеле, дешевом отеле или гостевом доме. Бюджет проживания – от $180 до $300 в месяц.

Можно снять дом или комнату во вьетнамском стиле в гостевом доме на длительный срок от 3-х месяцев. Чем длительнее срок аренды, тем дешевле будет стоить жилье. Цены для Вьетнама на данный момент такие: дом – от $300, комната в гостевом доме (отдельный вход, спальня, душевая, без кухни) – от $150.

Есть и европейское жилье – квартира или дом, дизайн максимально приближен к привычному нам, но минималистичный. Стоимость квартиры – от $350, дома – от $600.

В свой единственный выходной я обычно высыпаюсь, неспешно наслаждаюсь какой-нибудь особой едой, еду куда-нибудь, где красиво, встречаюсь с друзьями. Все почти как дома, в Украине.

Если вы достаточно смелый, сообразительный и коммуникабельный, цены могут быть в два раза ниже. То есть искать жилье лучше не через риелторов или по объявлениям, а ходить по азиатским закоулкам и спрашивать, не сдают ли комнату или дом. Торговаться и уговаривать, до этого уже хорошо изучив «вилку» цен, причем не со слов риелторов. Быть дружелюбным. Терпеливым. Готовым заплатить сразу за 3-6-9 месяцев. Тогда можно действительно найти комфортное и недорогое жилье.

Я предпочитаю простое жилье в местном стиле. Сначала жила в большом типичном вьетнамском доме с садом, где каждое утро поливала пальмы и прочие «лемонграссы». Затем я снимала небольшой домик прямо на пляже: с муравьями под кроватью и щелями в стенах, но зато с шумом волн за окном.

Сейчас я переехала в гостевой дом с большим тенистым садом, прудом и дорогой к пляжу, будто в джунглях. Мой бюджет на жилье – до $200 в месяц.

– Чем заняты в свободное от работы время? Часто ли удается путешествовать, как вы того хотели?

– У меня сейчас немного свободного времени и совсем не «легкая жизнь», так как я все еще продолжаю учиться в своей новообретенной професcии SMM-щика. Стоимость моей работы пока далека от того, что я планировала. Так что приходится брать много заказов и работать шесть дней в неделю полный рабочий день.

В свой единственный выходной я обычно высыпаюсь, неспешно наслаждаюсь какой-нибудь особой едой, еду куда-нибудь, где красиво, встречаюсь с друзьями. Все почти как дома, в Украине.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

Про путешествия и фотографию пришлось временно забыть, так как сейчас другие приоритеты.

– Какие дальнейшие планы?

– Я верю, что скоро смогу оптимизировать рабочие процессы и вернуться к своей идее исследования стран Азии, затем Южной Америки, Островов Океании, и когда-нибудь Африки.

Вообще, жизнь в Азии отучила меня строить планы слишком серьезно. Еще год назад я даже предположить не могла, что все будет именно так, как сейчас. Как говорят: «Хочешь насмешить Бога, поведай ему о своих планах».

Поэтому я, скорее, придерживаюсь такой стратегии: я точно знаю, чего хочу, и чего точно не хочу. Все, что делаю, я проверяю по этим двум критериям и спрашиваю себя: «Насколько это приближает тебя к тому, как тебе действительно нравится?».

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

О том, как повысить самооценку и хотеть от жизни большего

– Если бы была возможность, что бы вы изменили в отношении работодателей к сотрудникам в компаниях в Украине, чтобы предотвратить такое эмоциональное выгорание, как у вас?

– Мне бы не хотелось обобщать, так как я буду говорить о своем субъективном опыте. Кроме того, у меня есть ощущение, что работать нужно по этому вопросу не только с работодателями, но и с самими сотрудниками.

Когда сам себе недостаточно хорош, профессионален, талантлив, умен и обаятелен: «Вот еще немного подучусь, подрасту, достигну… и тогда попрошу о прибавке», – процесс, растянутый на десятилетия.

– А в чем ошибка сотрудников?

– Например, если говорить обо мне, то мой основной промах – я слишком низко оценивала свою работу и соглашалась на минимальные условия. Это я сама приходила к своим работодателям на всех своих многочисленных работах и говорила: «Этого достаточно».

Среди других ошибок сотрудников – низкая самооценка, когда сам себе недостаточно хорош, профессионален, талантлив, умен и обаятелен: «Вот еще немного подучусь, подрасту, достигну… и тогда попрошу о прибавке», – процесс, растянутый на десятилетия.

Еще привычка обходиться минимальным, когда желаемый уровень дохода рассчитывается по формуле – жилье + еда + минимум одежды + кино-вино пару раз в месяц. При этом такие важные пункты как отпуск несколько раз в год, качественное медобслуживание, обучение и развитие, обустроенный быт, страхование жизни, удовольствия для души и тела – воспринимаются как что-то сверх- и лишнее, и даже немного стыдно так много хотеть.

Привычка низко оценивать труд в принципе: если физический, то считается, что это низкооплачиваемые навыки, если интеллектуальный – то как измерить результат, чтобы оценить в достаточной мере?

Вся эта философия работает в обе стороны: сотрудники не оценивают свой вклад в компанию достаточно высоко, работодатели не понимают, с чего это вдруг сотрудник решил поднять вопрос (если вообще решился) об увеличении зарплаты.

Трудный дауншифтинг в «легкую жизнь»: откровенный рассказ выгоревшего украинского менеджера о жизни в Юго-Восточной Азии

И последнее, что нам вредит, – «перевес» в сторону работы, обязательств и достижений вместе с игнорированием своих потребностей как человека, женщины, друга. Рано или поздно это приведет к кризису, с которым однажды столкнулась я.

Общаясь с европейцами, я стала задумываться о том, насколько низкий уровень притязаний был у меня еще год назад. Тогда мне даже не приходило в голову, что можно и нужно хотеть больше от жизни: больше увидеть, попробовать, почувствовать, и что это нормально. Возможно, если бы я знала об этом в то время, когда только начинала свою карьеру, мне бы сейчас не пришлось учиться этому в Азии.

Share on FacebookTweet about this on Twitter

Лучшие статьи за неделю – у вас в почте

Читайте также